— Это произойдет только в случае смерти отца.

— Мы живем в бурные времена, — возразил Жоффрей спокойно. — Как раз на прошлой неделе один из моих людей, крепкий малый и совсем молодой к тому же, подцепил лихорадку, и через неделю его не стало. Жизнь — неверная штука.

— Разумеется, такой взгляд на вещи не особенно утешителен, — заметила Кассия. — Значит, ты не веришь, что Бог хранит праведников и добрых людей?

— Ты рассуждаешь, как дитя, Кассия. Бог обычно не вмешивается в человеческие дела. Но хватит о столь мрачных материях. Скажи-ка мне, как ты развлекаешься, когда отца нет дома.

Хотя Кассия знала, что Жоффрея не слишком интересуют ее дела, все-таки так можно было убить время до его отъезда. Она стала рассказывать о своем огороде, где выращивала целебные травы, о целебных свойствах некоторых веществ, о которых ей поведала нянька, о том, как подвигается строительство пристройки для их повара Раймона. Из-под ресниц наблюдая за Жоффреем, она заметила, что он задремал, сидя на стуле. Кассия сжалилась и прервала свой монолог.

— Когда отец вернется, — закончила она свое повествование, стараясь не рассмеяться вслух, — мы все напьемся, как жонглеры, того вина, что он привезет.

Она не видела, сколь проницательный взгляд бросил на нее проснувшийся в этот момент Жоффрей.

— Жаль, что меня не будет здесь и я не присоединюсь к вашему празднику, — только и сказал он.

— Да, верно. Боже мой! Час пролетел с невероятной быстротой. Думаю, тебе пора в путь.

Кассия поднялась, Жоффрей, видя, что медлить больше не имеет смысла, тоже встал со стула. Он смотрел на ее прелестное лицо. ясно припоминая то время, когда считал кузину не более привлекательной, чем монашеская трапеза.

— Ты пришлешь гонца в Бомэнуар, если захочешь меня видеть?

Кассия склонила головку на плечо, думая, что за странный вопрос он ей задал, но ответила довольно приветливо и непринужденно:

— Конечно, Жоффрей, я это сделаю. Желаю тебе доехать с Божьей помощью.